14.09.2019 18:04

Интимная пластика и почему я её сделала

Я шла к операции несколько долгих лет

Интимная пластика и почему я её сделала

Мое первое воспоминание о позоре из-за моих половых губ было в 7-ом классе. Просто чтобы убедиться, что школьное занятие о сексуальном здоровье было настолько ужасным, насколько это возможно, учеников моего класса посадили поочередно — мальчик, девочка. Мы сидели на деревянных скамейках в спортзале, где два наших учителя мужского пола установили проектор. Среди прочих, на нем показали изображение, представленное как классическая женская анатомия. Учитель рассказал нам, что маленькие внутренние половые губы хорошо вписываются в наружные губы «влагалища», и мое лицо покраснело, а сама я уткнулась взглядом в пол.

Естественно, мои внутренние половые губы значительно выступали за пределы моих наружных половых губ, и, когда мне было всего 12 лет — благодаря этому классу здоровья и приглушенным разговорам между девчонками — я уже думала, что моя собственная анатомия в корне и физиологически неправильная.

Я выросла в религиозной семье, где изначально небольшие ресурсы для понимания и принятия своего тела, а тем более своей сексуальности. Поскольку я уже была самой «сложной» девушкой в моей группе друзей, я воспринимала свое тело как источник стыда, который нужно исправить. В то время я делала все, что могла, чтобы скрыть свои половые губы: всегда носила шорты поверх моего купального костюма, никогда не переодевалась перед другими и был очень осторожна, когда разговоры о наших телах и сексе возникали на дружеских ночевках.

Мои первые отношения начались во время учебы в старших классах и я была слишком взволнована тем, что кто-то посчитал меня привлекательной, что даже не осознавала, что парень не уважает меня. После нескольких месяцев давления со стороны парня я с ним рассталась. Когда он увидел мою вульву, он сказал: «Ого, это то, на что они похожи в реальной жизни?» Мои худшие опасения подтвердились: с моим телом было что-то не так.

Сам стыд был достаточно сильным, но к нему добавлялся еще и физический дискомфорт, потому что большие половые губы терлись о мои бедра. Много раз в день я уходила в туалет, чтобы осторожно поправить свои половые губы в надежде облегчить бесконечное раздражение, которое я испытывала. Я приходила домой и натирала их увлажняющим кремом, а в последующие годы держала его в сумочке, когда мне надо было провести вне дома весь день.

Феминизм, функциональные проблемы и пластика

В том же году, в разгар всей этой суматохи, благодаря новой учительнице литературы я поняла новые ценности и стала феминисткой. Я узнала о многих удивительных женщинах и мужчинах, которые боролись против гендерных ролей и границ. Я поняла, что наше общество пытается контролировать женщин и их тела — и это продолжается столько, сколько кто-либо может вспомнить. Женщины считаются собственностью своих мужей и не имеют доступа к контролю над рождаемостью и праву контролировать свое собственное тело. Женщины долгое время боролись за свою свободу.

Это вдохновило меня на то, чтобы начать отступать от стандартов, которые общество устанавливает для женщин, в том числе в вопросе внешнего вида. Тем не менее, на меня по-прежнему влияли предпочтения общества к определенному типу телосложения, и комплекс насчет моих половых губ оставался слишком подавляющим, чтобы чувствовать, что я тоже могу принять свое тело.

Много раз в день я уходила в туалет, чтобы осторожно поправить свои половые губы в надежде облегчить бесконечное раздражение

Однажды вечером того года, я наткнулась на сайт, на котором подробно рассказывалось о плановой операции под названием лабиапластика, которая по сути является косметической хирургической процедурой, предназначенной для уменьшения внутренних половых губ. Большинство прочтенных мною отзывов были от женщин, которые положительно отзывались об операции и отметили, что она повысила их уверенность в себе из-за изменения внешнего вида их половых органов. Я действительно не согласна с таким подходом к операции, так как считаю, что женщины должны бороться с традиционными стандартами красоты.

Но это убеждение не помешало мне провести буквально сотни часов, сравнивая различные фотографии людей, перенесших лабиопластику, до и после, мечтая о той уверенности, которой я могла бы достичь, а также об облегчении от ежедневного дискомфорта и боли. Но, между моими идеологическими убеждениями и проблемами подросткового возраста, я пыталась стереть эту мысль из головы.

После школы я отправилась в университет и продолжала расти и лучше понимать себя. Я узнала, что у вульвы нет неправильной формы, и что у меня анатомически совершенно нормальный вид. Я не могу сказать, что когда-либо гордилась своей вульвой, но я училась принимать ее как часть себя, даже когда парни, с которыми я спала, делали невежественные и унизительные комментарии. Это была часть моего тела.

Но несмотря на то, что я добилась прогресса в принятии своего тела, я все еще боролась с функциональными проблемами. Мои половые губы продолжали тереться, раздражаться и каждый день становились опухшими и болезненными. Я пыталась принимать определенные позы, чтобы почувствовать облегчение. Я также пыталась носить как более, так и менее облегающую одежду в надежде, что это устранит мой дискомфорт, но, похоже, ничто не помогло.

Окончательное решение и выбор врача

Я окончила университет и переехала в более крупный город и занялась более активной работой (барменом), что только усиливало мой ежедневный дискомфорт. Теперь, когда у меня был стабильный доход, я начала серьезно задумываться над идеей лабиопластики. Я начала исследовать все, что могла, о процедуре, которая включала коррекцию внутренних половых губ таким образом, чтобы они были примерно равной длины с внешними половыми губами.

Пластический хирург Олеся Старцева

После месяцев размышлений я нашла пластического хирурга, которая казалась авторитетной и уважаемой. Несмотря на мою огромную тревогу, я, наконец, уговорила себя записаться к ней на прием, хотя я продолжала говорить себе, что это только ради консультации и я вряд ли собираюсь пройти через операцию. Моим доктором была Старцева Олеся Игоревна.

Хирург была прямолинейна и объяснила, что она будет делать в операционной, показала, как будут срезаны внутренние половые губы. Затем она ответила на все мои вопросы весьма откровенно, что подразумевало, что она отвечала на них тысячи раз до встречи со мной. Ее честность дала понять, что в этом нет ничего нового; она привыкла модифицировать половые губы. Я попыталась действовать уверенно и сказала ей, что если я решу пройти лабиапластику, то это будет связано с моим физическим дискомфортом, а не потому, что у меня какие-то проблемы с их внешним видом.

28 марта, после долгих размышлений, я приняла окончательное решение сделать лабиопластику. Я провела много времени за несколько недель до операции, размышляя о том, как я могу оправдать свою необязательную «косметическую» операцию на моих гениталиях, когда у многих женщин по всему миру их клиторы отрезали против согласия. Предам ли я таким образом свои убеждения? Получается ли, что я иду против всего, что идентифицировало меня как феминистку?

В конечном счете, мое решение изменить половые губы было по простой и практической причине: я не думаю, что мне нужно ежедневно испытывать боль. Более того, я осознала, что я отвечаю за свое тело и за то, что с ним происходит, в том числе пластические операции. Теперь я считаю это краеугольным камнем моего личного феминизма.

Я верю, что выбор косметической операции не следует рассматривать как «нефеминистский» или морально неправильный

Процедура заняла около 45 минут, и я помню, что я боялась, что буду ходить в уборную с широко раскрытыми ногами. Моя личная реабилитация была немного болезненной. Но сейчас я даже забываю, что операция была всего полгода назад, а ежедневная физическая боль, от которой я страдала в течение многих лет, исчезла.

Какие выводы я сделала?

Я думаю, что у меня всегда будут смешанные чувства по поводу операции. Несмотря на то, что я перенесла пластическую операцию, чтобы устранить мою физическую боль, исчезла и психологическая неуверенность, которую я испытывала по поводу внешнего вида моей вульвы, и из-за этого я испытываю легкое чувство вины. Тем не менее, я надеюсь, что я могу, по крайней мере, добавить свою историю к столь необходимому в современном обществе разговору о том, почему женщинам может быть стыдно за то, как выглядят их гениталии, и что нам нужно сделать, чтобы это изменить.

Я верю, что выбор косметической операции не следует рассматривать как «нефеминистский» или морально неправильный. Но при этом мне бы хотелось, чтобы люди, особенно женщины, не думали постоянно, что с их внешним видом что-то не так или что их части тела нуждаются в улучшении из-за оказываемого сегодня давления общества об идеальной красоте.

Читайте также

Комментарии