— ГРУДЬ БЕЗ ШВА. Метод нового времени. Телефон для записи: 8 800 500-98-34
13.06.2018 15:33

Пластический хирург Николай Голубков

Профессионал должен говорить правду и объяснить пациенту, что будет правильнее

Алина Березовская
Пластический хирург Николай Голубков

О новинках в одной из самых быстро развивающихся направлений медицины, о правильном способе сохранения молодости и о том, что помогает женщине ощутить себя счастливой, мы поговорили с пластическим хирургом из Екатеринбурга, автором более 160 усовершенствованных медицинских технологий Голубковым Николаем Александровичем. Врач является действительным членом авторитетных международных профессиональных организаций, включая РОПРЭХ (российское общество пластических реконструктивных эстетических хирургов) и имеет три авторских свидетельства.

Корр.: Здравствуйте! Вы, Николай Александрович, являетесь авторитетным пластическим хирургом, оперируете в течение 30 лет как знаменитостей, так и непубличных людей. Можете рассказать нам, как менялись пациенты, их пожелания относительно изменения собственной внешности? И менялись ли они вообще?

Николай Голубков: Здравствуйте! Главная цель пациентов неизменна — это желание быть молодыми, выглядеть привлекательно и хорошо себя чувствовать. Что изменилось, так это сами методики операций, изменились возрастные границы по поводу обращения к пластическим хирургам для проведения омолаживающих операций. Принято было считать, что хирургическое омоложение — это занятие для лиц пожилого и зрелого возраста. Сейчас же в арсенале хирургов есть такие методики, которые позволяют улучшить внешность молодым пациентам, не удовлетворенным своим внешним видом. В эту категорию пациентов входят мужчины и женщины 35-37 лет. Они смотрят на своё отражение в зеркале и замечают возрастные изменения — морщины, складочки. Им это не нравится и они хотят устранить это, мало кто хочет смиряться со старением сегодня.

Корр.: А что конкретно их беспокоит? Первые морщинки?

Николай Голубков: Безусловно, это морщины, но не только они. Как правило, при старении внимание на себя обращает средняя часть лица и лоб — это опущение бровей, нависающие верхние веки, мешки под глазами. То есть все эти процессы — это птоз, опущение. Малярные, или скуловые, области также стремятся вниз, становятся более плоскими, зато углубляются носогубные складки, появляются «брыли». Получается, что несмотря на относительно молодой возраст, мы уже теряем юный вид. Однако замечу, что не все окружающие замечают это, поскольку человеку присуще придавать больше внимания себе и своей внешности.

Корр.: Но ведь сначала люди обращаются к косметологу?

Николай Голубков: Конечно. Никто не спешит при первых морщинах сразу бежать к пластическим хирургам, чтобы им сделали операцию. Это правильный шаг — сначала попробовать косметологические процедуры. Они действительно дают определенный эффект и могут отсрочить необходимость хирургического вмешательства. Возможности косметологов впечатляющи, но имеют свои границы. Для меня, как для пластического хирурга, всё же предпочтительнее эффект, который производит операция. Ведь результат после неё остается надолго, если не на всю жизнь. Допустим, никакие нитевые лифтинги не сравнятся с эндоскопической подтяжкой лица.

Даже при эндоскопии мы работаем с глубокими слоями

Но в целом, пластические хирурги и косметологи не противопоставляют себя друг другу. Наоборот, мы работает в команде — общий эффект от косметологических процедур и пластической операции будет более впечатляющим, нежели после какой-то одной медицинской услуги.

Корр.: И в чём секрет эндоскопического лифтинга? Чем особенна эта операция, для чего нужна?

Николай Голубков: Эндоскопическая подтяжка лица изобретена относительно недавно, если сравнивать её с традиционными методиками фейслифтинга. Она позволяет «вернуть юность». Дело в том, что наш возраст главным образом демонстрируется на центральной зоне лица, поэтому если мы вернем на место ткани в центре лица, то получим естественный результат омоложения. Этим и сильна эндоскопия. Потому что в боковых областях лица эта методика уже не дает подобного эффекта — поднять щеки или восстановить четкий овал лица поможет СМАС-лифтинг, который будет более уместным для коррекции этих зон.

Корр.: Может ли пациент самостоятельно понять, что время косметологических процедур прошло и ему пора отправиться на консультацию к пластическому хирургу?

Николай Голубков: Помощь косметологов нужна, когда пациент хочет получить быстрый эффект без длительной реабилитации. Но при этом нужно понять, что человек хочет видеть в итоге, на какой результат он рассчитывает. Если ему достаточно выровнять цвет кожи, слегка улучшить тонус и добиться небольшого лифтингового эффекта, то здесь вполне справится косметология. Если нужен долгоиграющий и более кардинальный результат, тогда стоит задуматься об возможностях пластической хирургии.

Пластический хирург Николай Голубков

Корр.: А можно ли опоздать с пластической операцией?

Николай Голубков: Нет, буквально опоздать нельзя, хотя есть случаи, я бы назвал это, запоздалого прихода. То есть, обратись человек пораньше, то и эффект бы отличался и, возможно, применялись бы более щадящие методики. А так можно проводить операции и в глубоко пожилом возрасте — главное, чтобы здоровье позволяло.

Корр.: А каков правильный «путь» сохранения молодости? Когда нужно обращаться к пластическому хирургу, чтобы добиться идеального эффекта после операции?

Николай Голубков: Давайте разберем. Так, в возрасте с 30 до 40 лет женщина может прийти за устранением небольших несовершенств, если они есть. К ним можно отнести нависающие веки, если это доставляет ей дискомфорт. Позже, после 40 лет становятся заметными опустившиеся уголки бровей и глаз, есть круги под глазами, углубились складки в носогубном треугольники, овал лица перестал быть четким. В том возрасте можно применить эндоскопическую подтяжку. Прошел ещё один десяток лет, женщине — 50 лет. В этом возрасте наблюдается провисание щек и овала лица, коррекции требует шея. Для устранения этих проблем применяется СМАС-лифтинг. В итоге, после комплекса операций в свои 50 женщина выглядит на 30-35 лет и это правда, а не шутки. Но, подчеркну, что для такого эффекта нужно внимательно ухаживать за своей кожей и, конечно, следить за здоровьем.

Корр.: Эндоскопический лифтинг считается более щадящим вмешательством. Это так?

Николай Голубков: Это правда, но не на 100%. Даже при эндоскопии мы работаем с глубокими слоями. Это не обычная подтяжка кожи, как это происходит при ритидэктомии, а реальное возвращение глубоких структур в прежнее положение.

Корр.: Насколько продолжителен период восстановления после такой операции?

Николай Голубков: После эндоскопической операции проявляются небольшие синяки, которые располагаются в периорбитальной области. Через месяц их уже нет. Отеки же остаются дольше, минимум в течение месяца. Но в любом случае, даже через месяц, когда остаются небольшие отеки, пациент видит результат операции, омоложение.

Я честен с пациентами и объясняю, как вижу ситуацию со своей точки зрения, что требуется для достижения конкретного результата

Корр.: Когда становится ясно, что пациент и хирург понимают друг друга? Хотят одного и того же от операции?

Николай Голубков: Здесь я отмечу, что многие пациенты, несмотря на свою большую придирчивость к внешности, довольно гуманны по отношению к себе и могут быть удовлетворены небольшой коррекцией. Но я перфекционист, и мне трудно считать свою работу достаточной, когда я понимаю, что можно добиться лучшего эффекта комплексом или более обширной операцией.

Корр.: Перфекционизм — это хорошо. Но если к вам обращается пациентка за коррекцией определенной части лица, а вы понимаете, что тут требуется гораздо большее вмешательство, вы говорите об этом клиенту? Или же всё-таки опасаетесь реакции, когда хирургов обвиняют в навязывании услуг и желании заработать?

Николай Голубков: Такая ситуация может сложиться, если врач и пациент не достигли понимания. Что, конечно, очень важно для положительного исхода операции. В моей практике большинство пациентов обращается за небольшими коррекциями, мало кто понимает, что порой нужно более глобальное вмешательство. Я в этом плане честен с пациентами и объясняю, как вижу ситуацию со своей точки зрения, что требуется для достижения конкретного результата. И пусть появляются комментарии такого типа, о которых говорили вы, но я придерживаюсь позиции, что профессионал должен говорить правду и объяснить, как будет правильнее. Как иначе человек поймет, что верно, а что — нет? Ну а уже самому пациенту решать, какие действия предпринимать в связи с полученной информацией.

Корр.: У большинства пациентов существует негласная традиция — не рассказывать о факте пластической операции. С точки зрения хирурга, как вы относитесь к такому? Не печалит ли вас это?

Николай Голубков: Конечно, нет. Это нормальное и объяснимое явление, что человек не хочет раскрывать информацию о том, делал он операцию или нет. Если сокрытие становится возможным, значит, операция прошла успешно и дала естественный эффект. В любом случае, имя хорошего врача всё равно становится известно в кругу близких людей.

Читайте также

Комментарии