— ГРУДЬ БЕЗ ШВА. Метод нового времени. Телефон для записи: 8 800 500-98-34
03.07.2018 18:54

Пластический хирург Георгий Чемянов

Самое важное в мире эстетической медицины — это пропорции

Александра Штольц
Пластический хирург Георгий Чемянов

Коррекция груди, ринопластика и омоложение лица являются постоянными победителями рейтинга самых востребованных пластических операций. Именно эти части тела подвергаются наибольшей критике со стороны самих их обладателей, но благодаря современным достижениям медицины стало реально исправить те или иные дефекты внешности. О том, как проводятся эти хирургические вмешательства и какие у них есть особенности, мы поговорили с пластическим хирургом, кандидатом медицинских наук Чемяновым Георгием Станиславовичем.

Корр.: Какая, по-вашему, из пластических операций самая сложная?

Георгий Чемянов: Среди пластических хирургов уже устоялось мнение, что ринопластика — одна из самых сложных операций. И я с этим также согласен. Ведь при выполнении пластики носа врач думает не о его красоте, а о функциональности — через эту часть тела человек, в первую очередь, дышит, а не любуется. И в этом заключается сложность — найти баланс между эстетикой и прямым применением органа. Поэтому, чтобы выполнить такую операцию качественно и на уровне, необходим опыт и профессионализм. Подчеркну, нос имеет трехмерное строение. Это и надо понимать при выполнении закрытой ринопластики. Когда вся операция происходит внутри носа, никакие внешние разрезы на коже не делаются. И мы, хирурги, буквально представляем и воссоздаем перед собой эту трехмерную структуру. И здесь перед нами стоит одна задача — по окончании хирургического вмешательства первым делом нос должен дышать. Вот почему это одна из самых сложных пластических операций.

Корр.: Расскажите подробнее о закрытой ринопластике.

Георгий Чемянов: Все разрезы проходят внутри носа, а именно по слизистой. Как я уже говорил, через ноздри трудно что-то увидеть, поэтому есть свои ограничения. Дальше после выполнения надреза, вся кожная поверхность, начиная от костно-хрящевых структур, приподнимается. И здесь начинается процесс моделирования хряща, костной ткани. Одним словом, создается остеотомия. Так называемый искусственный перелом, чтобы устранить деформацию, сопоставить кости. Собственно, то, для чего все это и делается.

И главным моментом в этой операции является работа с перегородкой. Ведь известно, что если она с дефектом и искривлена, то и нос будет неправильной формы. А в некоторых случаях существуют и проблемы с дыханием. Во время ринопластики мы сделали следующее: выровняли и уменьшили костную ткань, хрящевую часть, понизили спинку, устранили горбинку. Только после этого мы накладываем швы, вставляем ватные тампоны в носовые ходы и устанавливаем специальную шину. С помощью нее на несколько дней фиксируется всё, что наложено. Благодаря этому, у наших пациентов, по сути, нет так называемого «послеоперационного периода».

Стоит понимать, что при подтяжке и уменьшении молочных желез всегда будут следы

Корр.: Самая популярная операция среди женщин — маммопластика. В чем она заключается?

Георгий Чемянов: Сегодня грудь можно подтянуть, уменьшить и увеличить. Обычно спросом пользуется увеличение молочных желез. При этом, помимо изменения размера бюста, у такой операции есть несколько преимуществ. Можно откорректировать маленькие дефекты, появляющиеся после периода лактации, скрыть растяжки и дряблость кожных покровов, причем без дополнительных надрезов и рубцов. Подкладывая имплантат, мы расправляем на нем кожу. Таким образом, получается скрывать недостатки красиво.

Стоит понимать, что при подтяжке и уменьшении молочных желез всегда будут следы. Ведь мы работаем с кожной тканью, которая и подвергается большим изменениям: подтягивается и удаляется. А вот увеличивающая маммопластика проводится практически незаметно.

Подробно расскажу про нее. Для начала пациентке необходимо пройти обследование. Затем выбираются имплантаты. И я обычно применяю специальную биометрическую систему. Она позволяет учитывать все параметры и подобрать соответствующий имплан¬тат. Это детище шведского хирурга Пера Хедена, который ее разработал. Я не раз стажировался у него, посещал его мастер-классы. Он мой авторитет в мире пластики. Поэтому я доверяю его системе измерения. Правда, я немного изменил ее под себя и сейчас распространяю эти знания, чтобы учить коллег-врачей на своих курсах. И теперь методика называется «Примерочная для груди». После всего, наступает очередь операции. Зачастую ее продолжительность составляет более часа и проводится она под общим наркозом. Часть имплантата помещается под большую грудную мышцу, другая — под железу. Существует разные способы установки эндопротезов, однако я придерживаюсь именно этого варианта. Он является, по-моему, оптимальным. В завершение маммопластики надевается компрессионное корректирующее белье, которое обеспечивает поддержку новой груди. Такое белье нужно использовать месяц.

Пластика груди

Причем, еще раз подчеркну, благодаря нашим технологиям послеоперационного периода практически нет. Все проходит максимально комфортно для пациенток. Швы, например, сами по себе рассасываются, так как содержат специальное вещество. А это очень удобно и сокращает время заживления. И женщине не стоит переживать и готовить себя морально на болезненную процедуру по снятию швов, ведь ее нет. Следовательно, после такой маммопластики не нужны и перевязки. Еще швы находятся глубоко под кожей и скрыты. Они, к тому же, следов не оставляют. В дополнение ко всему используются специальные стрип-повязки, которые фиксируют края. И это все вместе также позволяет сделать послеоперационный шрам тонким и менее заметным через 6-7 месяцев.

После увеличивающей маммопластики важен только осмотр врача. Ведь я слежу за затягиванием рубцов, за имплантантами и за формированием обновленного бюста.

Корр.: Встречались ли в вашей практике случаи с непринятием организмом имплантата?

Георгий Чемянов: Сегодня в состав имплантантов входят гипоаллергенные, нетоксичные и нейтральные материалы. Они не создают негативную реакцию в организме. Чаще всего отторжение происходит из-за других факторов. Например, был неправильно выбран имплантат, то есть врач не придерживался утвержденных техник. Во время операции ткани были сильно повреждены. Или пациентка была плохо обследована, и хронические заболевания дали сбой. Не стоит забывать, что все мы очень разные и у каждого свои особенности организма. Однако при соблюдении всех этапов подготовки, правильном выполнении всех методик и техник, при проведении операции в стерильных условиях, такие случаи у нас не наблюдались. Но при любой операции риск осложнения всегда есть.

Корр.: В данном случае, чем могут быть вызваны осложнения?

Георгий Чемянов: Я всем своим пациентам говорю, что после любой операции существует риск осложнений. В нашей работе проблемы встречаются менее, чем в 1 % случаев. И у каждого сотого по счету пациента этому способствуют разные причины. Так, есть общие виды осложнений, которые могут возникнуть, как после ринопластики, так и после удаления аппендицита. Это гематома, кровотечение. Допустим, после операции в период восстановления у прооперированного повысилось давление, что способствовало появлению гематомы.

Однако встречаются и проблемы, характерные для конкретных операций. Например, при увеличивающей маммопластике. В организме вокруг имплантата формируются специальные капсулы. Современные производители имплантов приложили все усилия, чтобы в теле формировались максимально тонкие капсулы, не пальпировались и не были незаметны. В хирургической технике существует ряд методик, которые я часто применяю в работе. Они также позволяют сделать капсулу тонкой. Но все же бывают ситуации, когда капсула становится грубой и приносит неудобства пациенту. Но в моей практике такие осложнения отсутствуют.

В пластической хирургии проблемы встречаются менее, чем в 1 % случаев

И если врач говорит о том, что ничего страшного не произойдет и не будет никаких рисков, то верить ему не стоит. Он либо обманывает, либо просто неопытный. Поэтому необходимо знать обо всех мерах предосторожности, отклонениях, рисках. Так сказать «быть начеку». Современные знания, как в мире, так и в стране, позволяют справиться с любым осложнением. Причем, конечно, собственный опыт и желание помочь своему пациенту, будут также важны.

Корр.: В вашей практике были пациентки после удаления рака молочных желез?

Георгий Чемянов: Это направление имеет отношение к реконструктивной хирургии. И это не по моей части. Обычно я рекомендую пациентам своих коллег — хирурга-онколога и онколога-маммолога. Сегодня операции по удалению рака молочных желез проводятся параллельно с реконструкцией груди. Врач сразу же после удаления опухоли и необходимого объема молочной железы приступает к установке имплантата или экспандера. Поэтому процесс восстановления после такой серьезной операции проходит мягко, женщина легко адаптируется и не чувствует себя ущемленной или отличающейся от других.

Корр.: Можно ли визуально понять, какая перед тобой грудь — искусственная или натуральная?

Георгий Чемянов: Если все сделано профессионально, то на фотографии «сделанную» грудь не всегда заметишь. Считаю, что так и должно быть всегда. Это касается всех операций, в том числе и на лице. Я, например, качественно выполненную пластику не всегда замечу. И когда через несколько лет ко мне возвращаются мои пациенты, я не сразу вспоминаю, какую именно пластику мы делали. Лицо вроде знакомое, но мне ничего не видно. Следов никаких нет. (Улыбается.) И с грудью такая же ситуация. При движении искусственный бюст будет отличаться от натурального, все дело в имплантатах. Однако в состоянии покоя сделанная руками пластического хирурга грудь ничем не отличается. И никогда не угадаешь, что перед вашими глазами. Поэтому мы все время учимся, практикуемся, совершенствуемся.

Читайте также

Комментарии