— ГРУДЬ БЕЗ ШВА. Метод нового времени. Телефон для записи: 8 800 500-98-34
09.07.2018 21:03

Пластический хирург Олег Михайлов

Я не принимаю решение оперироваться за пациента

Елена Назарова
Пластический хирург Олег Михайлов

Из всех врачей, наверное, именно пластические хирурги понимают женщин, неудовлетворенных своей внешностью и решившихся на кардинальные изменения. Кого-то на такой шаг подтолкнуло желание улучшить внешность, другие же пытаются исправить врожденные дефекты. Прикладывает ли усилия государство для развития реконструктивной хирургии, реально ли использовать возможности ОМС для проведения пластической операции? На эти и другие вопросы нам ответил главный внештатный пластический хирург Минздрава Новосибирской области Михайлов Олег Михайлович.

Корр.: У нас в России существуют стратегические планы в сфере здравоохранения касательно ВИЧ, онкологических заболеваний, наркомании и другим болезням. Есть ли что-то подобное, но уже для решения проблем в сфере пластической хирургии?

Олег Михайлов: Одним из первых шагов я бы назвал включение специальности «пластическая хирургия» как самостоятельной единицы в перечень хирургических специальностей. Это произошло в 2009 году, и с тех пор в России идет обучение в медвузах именно по этой специальности. Почему это было нужно для развития нашего направления медицины? Дело в том, что пластическая хирургия — это сначала реконструктивная, а потом уже эстетическая её составляющая. Первая отвечает за восстановительные операции, когда человеку пришивают обратно конечности, лечат ожоги, устраняют врожденные и приобретенные дефекты внешности. В реконструктивной хирургии возвращение прежней внешности или создание новой, уже без дефекта, имеет огромное значение не только для физической, но и социальной реабилитации, лучшей адаптации в обществе. Эстетическая хирургия — тоже часть пластической, но её границы всё же чуть меньше, нежели у реконструктивного направления.

У нас в областной больнице Новосибирска открыли отделение пластической реконструктивной хирургии, что можно назвать своеобразным прорывом для региональной медицины. Здесь работают специалисты высшего уровня, способные провести сложнейшие операции. Без восстановления полноценного облика очень сложно сосуществовать в обществе, очень часто пациенты чувствуют себя ущербными, если у них нет половины лица, или пальцев ног, рук…

Люди рады рассказать об успешно перенесенной операции, делятся этим со своими родными, хотят, чтобы окружающие оценили положительные изменения

Корр.: Сейчас набирает вес несколько обновленный феминизм, когда женщины по всему миру, в России в том числе, борются за право изменять свою внешность и при этом не испытывать нападок со стороны общества за желание выглядеть так, как они хотят. Сегодня только женщины этому следуют? Есть в рядах ваших пациентов мужчины?

Олег Михайлов: Абсолютное большинство наших пациентов — это женщины. Дамам более присуще чувство прекрасного, они хотят всегда выглядеть красиво. Но и мужчины начинают свой путь, если можно так сказать. Пациентов мужского пола становится больше с каждым годом, как и возможностей, которые пластическая хирургия готова предоставить для коррекции внешности.

Корр.: А как вы реагируете на пациентов, у которых очевидно нереалистичные ожидания от операции? Даже при условии современных технологий в пластической хирургии?

Олег Михайлов: С каждым пациентом мы работает индивидуально. Кому-то говорим «нет», потому что видим, что объективно человек не нуждается ни в какой операции. Кому-то советуем сменить имидж, если понимаем, что желаемые пациентом изменения не входят в нашу компетенцию. В целом, конечно, операции таким людям, которые требуют от операции, невозможного. Ну как нам оперировать его, если мы не сможем обеспечить то, что человек хочет видеть в итоге?

Можем, конечно, обсудить то, что мы в силах сделать, смоделировать будущий результат при помощи компьютерной программы. Если человек говорит, что это именно то, что он имел в виду, тогда мы начинаем более плотную работу.

Корр.: В продолжение темы о феминизме. Сегодня больше нет острой негативной реакции на то, что человек решается на пластику?

Пластический хирург Олег Михайлов и пациентка

Олег Михайлов: Современное общество в большей степени уже достигло того уровня развития, когда пластическая операция считается нормальным явлением. Если же пациенты обращаются ко мне с вопросом «Что мне изменить в себе?» или «Мне нужно делать эту операцию или нет?», то я не комментирую это, как правило. Я не принимаю решения за пациента, он должен прийти к тому, нужно это ему или нет, самостоятельно. Я могу лишь объяснить, как проводится операция и даст ли она требуемый результат. Все решения насчёт необходимости операции должен принимать сам пациент, не действовать под давлением, например, супруга или молодого человека.

Единственный момент, когда я точно могу высказать свое мнение в подобной ситуации, — это когда речь идет о деформациях, рубцах, которые мешают правильному функционированию организма, конечностей. То есть когда речь идет о реконструктивных операциях, необходимых для восстановления здоровья.

Корр.: Как-то по телевидению показывали новости, что женщины в Чечне обращаются в московские клиники, после того как на родине им сделали некачественные операции. Даже операциями это сложно назвать, поговаривали вообще об инъекциях вазелина для увеличения груди. А в Новосибирске такое встречается?

Пациентов мужского пола становится больше с каждым годом, как и возможностей, которые пластическая хирургия готова предоставить для коррекции внешности

Олег Михайлов: К счастью, практически нет. Такая практика, когда не было достаточно информации и люди хотели всё сделать задешево, была распространена 15-10 лет назад. Безусловно, сегодня к нам обращаются пациенты, которым нужна вторичная операция из-за неудачной первичной, потому что риск, он есть всегда, всё-таки речь идет о хирургии. Даже если операция была проведена на высочайшем уровне, есть еще и реабилитационный период, когда организм может неадекватно среагировать и вызвать развитие осложнений. Имеет значение и поведение пациента во время этого периода. Обязательно нужно следовать всем правилам восстановительного периода. Если сказано носить компрессионное белье после маммопластики в течение месяца, значит, столько и нужно. Или, бывает, объясняешь, что полгода без бюстгальтера нельзя ходить, так нет, приходят на очередной осмотр в блузке на голое тело.

Корр.: Сегодня люди уже не стесняются рассказывать о пластических операциях?

Олег Михайлов: Это раньше стеснялись, потому что в основном была негативная реакция со стороны окружающих. Сейчас такого нет. Люди рады рассказать об успешно перенесенной операции, делятся этим со своими родными, хотят, чтобы окружающие оценили положительные изменения. Да и чего стесняться? Мы же не стесняемся приобретать красивую одежду?

Вместе с тем, сохранилась категория пациентов, которые не хотят, чтобы окружающие знали о факте операции и всячески это скрывают. Но это действительно редкость.

Корр.: Олег Михайлович, мы говорили сегодня с вами об инновациях в хирургии. Так какие современные технологии вы применяется в своей практике?

Олег Михайлов: Отмечу, что сегодня не то что пластические хирурги сами себе ставят высокие планки в вопросе качества результата, но и пациенты. Они очень подготовленные сегодня, хотят быть в курсе всех малейших нюансов операции и, конечно, никаких послеоперационных рубцов и следов. Лично я применяю эндоскопические методики в операциях по увеличению груди и фейслифтингу. Всегда сотрудничаем с физиотерапевтами и косметологами, чтобы добиться лучшего результата.

Читайте также

Комментарии