27.02.2020 14:40

Пластический хирург Евгений Молочков

Я был заинтригован проблемами, которые присущи маммопластике

Ольга Невысокина
Пластический хирург Евгений Юрьевич Молочков

Психологические факторы объясняют растущее число выполненных операций по увеличению и коррекции груди. Поскольку число женщин, обращающихся за маммопластикой, продолжает расти, пластические хирурги должны совершенствовать свои знания и умения, чтобы обеспечить клиентам высокое качество своей работы. Сегодня дамы больше не хотят всего лишь увеличения бюста — для них так же важна и форма молочных желез. Коррекция груди сегодня стала одним из наиболее важных и востребованных направлений в эстетической медицине. Подробности об этом виде операций мы решили уточнить в интервью с пластическим хирургом Молочковым Евгением Юрьевичем. Также мы спросили у специалиста, чем его заинтересовала маммопластика и каких принципов доктор придерживается в своей работе.

Корр.: Как вы заинтересовались операцией на груди?

Евгений Молочков: Я был заинтригован проблемами, которые присущи хирургии молочной железы. В этой сфере есть одновременно и художественное и функциональное соображение. Другими словами, вам нужно создать привлекательную форму груди, которая при этом должна ощущаться и двигаться как можно более естественно. Также важно работать с техниками, которые наиболее эффективно поддерживают нормальную чувствительность молочных желез. Большинство пациентов приходят ко мне из-за эстетического желания иметь более пышную и упругую форму, но обращаются и женщины, у которых есть врожденные проблемы и которые родились с аномальными формами молочной железы. Это помогло повысить «технический» уровень и, можно сказать, обострить свои чувства к различным формам и объему груди. Ведь в последнее время этот тип хирургии называют чуть ли не тривиальным, что это очень стандартная операция. Нет ничего более далекого от правды. Если вы знакомы с тонкостями различных форм молочных желез, существует целый ряд конкретных технических проблем, и для их правильного решения необходимо владеть целым набором методик.

Корр.: Вы приобрели репутацию за естественное качество ваших результатов в маммопластике. Как вы этого добиваетесь?

Нужно создать привлекательную форму груди, которая при этом должна ощущаться и двигаться как можно более естественно

Евгений Молочков: С помощью любой операции, которую я делаю, я пытаюсь выработать набор художественных принципов, которым я всегда буду верен. Это может исходить только из опыта и необходимой психологической дисциплины, чтобы попытаться взглянуть на каждого пациента свежим взглядом. Очень важно общаться с пациентом. В этой операции очень важно иметь четкую связь между хирургом и женщиной, чтобы у нас были общие цели. Все, что вам нужно сделать, это включить телевизор, и вы увидите много примеров того, что я считаю совершенно ужасной грудью. Я имею в виду такой бюст, когда вмешательство хирурга очевидно благодаря неестественным и неадекватным формам и размерам. При этом есть пациенты, которые приходят ко мне в кабинет и искренне хотят такого результата. Со своей стороны, я не заинтересован в его создании и прямо говорю им об этом. Я делаю это по двум причинам. Прежде всего, если это не совпадает с адекватными представлениями о красоте, так как я могу оказать этому пациенту высококачественную услугу? Что еще более важно, чрезмерное увеличение груди в долгосрочной перспективе вызовет у пациента проблемы и физические неудобства.

Корр.: Почему? Что вы имеете в виду?

Евгений Молочков: Если вы поместите слишком крупный имплантат, со временем произойдет нежелательное истощение естественной ткани молочной железы. В крайних случаях неправильного эндопротезирования это может привести к тому, что имплантат у пациента будет покрыт только кожей и это будет заметно всем окружающим. При подобных обстоятельствах проявятся эстетические изъяны, и пациент будет очень разочарован. Другая ошибка, которую я вижу у менее дисциплинированных хирургов, заключается в том, что очень большой имплантат помещают в грудь, которая опустилась до такой степени, что требуется подтяжка. Время и сила тяжести будут только растягивать эту грудь, но теперь у вас есть проблема, что ткань стала настолько тонкой, что подтяжка может стать не очень безопасной процедурой. Также я просто не могу не упомянуть так называемые мультипликационные результаты. Я потратил так много времени на изучение человеческой формы, что приобрел почтение ко многим разновидностям красот, созданных матерью-природой. По моему мнению, роль хирурга должна заключаться в том, чтобы воспринимать эту красоту и пытаться использовать ее или усиливать, а не нарушать и разрушать ее.

Увеличение груди имплантами

Корр.: Таким образом, вы выбираете себе пациентов?

Евгений Молочков: Абсолютно верно. Если я буду оперировать всех, кто приходит в мой офис только потому, что у них есть необходимые средства, то таким образом я буду снимать с себя самую важную ответственность, которую я несу перед своими пациентами. А это точно не входит в мои принципы работы. Частью моей услуги является использование собственного опыта в интересах пациента. Другими словами, у меня появляется чувство, что сработает, а что не сработает как функционально, так и эстетически, и я просто не смог бы жить с самим собой, если бы предал эти принципы. Иногда самое лучшее, что вы можете сделать для пациента, — это убедить ее, что ей действительно не нужно делать какую-то конкретную операцию, потому что то, что она хочет, не будет достигнуто или же будет вульгарно и неестественно. Я всегда хочу объяснить пациенту причины моих рекомендаций, отказов, и я думаю, что большинство людей уважают эту честность. К сожалению, в нашей культуре найдутся люди, которые будут просто ходить от хирурга к хирургу, пока не найдут кого-то, кто будет исполнять их желания. Кроме того, будем честны — есть разные типы врачей для разных типов пациентов.

Я думаю, что в моей области лучшие результаты достигаются, когда врач и пациент имеют одинаковый набор приоритетов.

Корр.: Кто ваши пациенты?

Евгений Молочков: У меня удивительно разнообразная база пациентов. Многих направляют врачи, которые видели мою работу, или пациенты, которым я сделал операцию. Некоторые пациенты приходят ко мне, потому что они ориентируются на информацию на моем веб-сайте. Большинство моих новых пациентов имеют общее представление о моей предвзятости в пользу натуралистических результатов. Это не значит, что я выполняю только скромные улучшения. Есть много пациентов, чьи физические размеры позволят существенно увеличить, но при этом сохранить естественный результат. Еще одна категория пациентов — это люди, которые проводят много времени на форумах и в соцсетях, и выбирают меня по отзывам предыдущих клиентов в Сети.

Корр.: Не могли бы вы описать для меня, на что похож опыт прохождения маммопластики?

Евгений Молочков: Помимо профессионализма хирурга, наиболее важным фактором для плановой маммопластики является качество и уровень учреждения, в котором проводится операция. В этом смысле я служу посредником своего пациента, поскольку знаю, что нужно для обеспечения безопасности в клинике. Операционная бригада должна быть укомплектована высококлассными анестезиологами и медсестрами и иметь хорошо обученный и глубокий персонал с полным набором оборудования. В конце концов, если операция не может быть выполнена в соответствии с требованиями безопасности, она не должна проводиться вообще.

Аугментационная маммопластика

Сама по себе, операция очень быстрая с точки зрения пациента, хотя обычно она занимает около 2 часов, в зависимости от типа маммопластики (увеличение, уменьшение, подтяжка или же реконструкция). Пациент проведет еще минимум сутки в учреждении, а затем вернется домой, где будет весь период реабилитации.

Корр.: Как долго большинству пациентов приходится временно уходить с работы?

Евгений Молочков: Это, конечно, зависит от профессии пациента и характера деятельности. Многим нашим клиенткам, имеющим руководящий или технический уровень в своей работе, не нужно делать много тяжелой работы. Часто пациент может перенести операцию в четверг, выздороветь после длинных выходных и вернуться на работу в следующий понедельник или вторник. Конечно, речь не идет о чрезвычайно загруженном графике — мы все руководствуемся здравым смыслом по этому поводу.

Корр.: Как насчет упражнений и других видов деятельности?

Евгений Молочков: После первых нескольких дней я призываю моих пациентов вернуться к легким «беззаботным» занятиям, таким как ходьба или беговая дорожка. Для более активных видов спорта вроде тяжелой атлетики или тенниса я обычно рекомендую примерно месяц отдыха.

Читайте также

Пластический хирург Олег Никитин Авторская колонка 05.03.2020 6

Комментарии