Как пандемия и соцсети вызывают бум в пластической хирургии

Если бы я захотела, я могла бы точно подсчитать, сколько дней у меня была хорошая кожа во взрослом возрасте. Это длилось примерно шесть месяцев: с конца лета 2019 года, когда косметолог убедил меня прекратить использовать агрессивные средства по уходу за кожей, к которым я привыкла, до марта 2020 года. Вы уже можете догадаться, чем это закончилось: пандемия разрушила всякий смысл баланса в моей жизни, в том числе на моем лице. С весны прошлого года у меня была кожа, как у неудачливого мальчика-подростка, с прыщами на подбородке и щеках, которые, даже если я не трогала их, все равно оставались на коже неделями и оставляли шрамы.

Под видеоприцелом

После месяцев проб и ошибок баланс моей кожи восстановился, но гиперпигментация после года сильных высыпаний все еще заметна даже через макияж. До сих пор мне не о чем беспокоиться — я могу смягчить свои дефекты в конференции Zoom и использовать инстаграм-фильтр «Париж», если я публикую селфи. Но возвращение к нормальной жизни заставило меня изучить тему лазерных процедур для лица, стоимость которых составляет десятки тысяч рублей, и гадать, окупятся ли затраты, чтобы перестать беспокоиться о том, как плохо выглядит моя кожа.

В прошлом году мы потратили на себя больше времени, чем это могло бы потребоваться любому человеку. Рабочие встречи, диалоги в Zoom и семейные звонки по Skype означают, что наши лица постоянно мелькают у нас перед глазами. Теперь мы не просто знаем, какие мы в отражении зеркала, но знаем, как мы выглядим в мельчайших деталях наших движений лица; когда мы киваем, когда мы прижимаемся щекой к руке, когда мы поворачиваемся и видим себя в профиль.

Это постоянное изучение собственной внешности совпало с появлением лицевых «масок» в стиле пластической хирургии в Instagram — тенденция, которая уже стала довольно экстремальной, вплоть до официального запрета соцсети на создание подобных фильтров.

Теперь по всей стране пластические хирурги и клиники красоты регистрируют всплеск запросов на эстетические процедуры — как хирургические, так и нехирургические — после разрешенного открытия медучреждений и снятия ограничений, вызванных коронавирусом. Ботокс, филлеры, пластика носа и подтяжка лица и шеи пользуются большим спросом. В 2020 году в отрасли было тихо из-за ограничений, но теперь некоторые специалисты регистрируют рост запросов на пластику лица.

Хирурги замечают, что многие из их клиентов внимательно следили за распоряжениями властей и нетерпеливо ожидали момента, когда будут сделаны послабления.

«Существовал элемент давления на людей, чтобы они выглядели определенным образом, когда мы выйдем из изоляции. К сожалению, в настоящее время мы наблюдаем очень несбалансированное представление о красоте. Мы проводим много времени, просматривая отфильтрованные изображения в Интернете, вместо того, чтобы общаться с людьми лично из-за текущих ограничений. Стресс, вызванный пандемией, в сочетании с тем, что мы видим постоянное отражение самих себя в видеоконференциях в период всеобщего режима удаленной работы, стал катализатором для повышения спроса на эстетические операции», — объясняет сложившуюся ситуацию московский пластический хирург Гукас Миракян.

Специалист говорит, что он заметил особый рост запросов на блефаропластику — операции на веках, чтобы сделать их менее нависшими, создавая более привлекательную и молодую внешность. Гукас Самвелович добавляет, что операция даже стала особенно популярной среди его клиентов-мужчин, обеспокоенных тем, что они выглядят слишком старыми, и считает, что ношение медицинских масок повысило внимание общества к тому, как должны выглядеть наши глаза.

Выглядеть моложе — несмотря на то, что мы все еще живем в условиях одной и той же изнурительной пандемии и что время действительно прошло, — это серьезная проблема для людей, обращающихся за пластической операцией. «Многие из моих пациентов чувствуют, что за последние 12 месяцев они стареют ускоренными темпами», — добавляет доктор Миракян. Он называет стресс от изоляций, ограничений, давления домашней работы, домашнего обучения и небезопасную работу в качестве основных причин, по которым его клиенты считают, что они выглядят намного старше. Однако, отмечает пластический хирург, это просто восприятие. «Используя подробный анализ цвета лица и проводя очный осмотр, я понимаю, для большинства моих пациентов их мнение о преждевременном старении просто не соответствует действительности», — говорит он.

Некоторые специалисты считают, что именно из-за крайнего беспокойства значительное число людей обращаются к ним за помощью, и что с этим беспокойством нужно бороться в первую очередь. «Процесс старения не обязательно ускорился, мы просто больше подвержены стрессу и стали более самокритичными. Если вы страдаете симптомами, связанными с тревогой и/или депрессией, возможно, сначала потребуется обследование и лечение», — добавляет Гукас Самвелович.

Фильтры в Инстаграм — причина для операции?

Все фильтры для лица, которые вызвали повышенный интерес к пластической хирургии, демонстрируют один тип европейской красоты: кошачьи глаза, маленькие носы, полные губы и лисий взгляд, популяризированный супермоделью Кендалл Дженнер (у которой были эстетические процедуры). Трудно найти знаменитость, которая не использовала бы хотя бы один фильтр для коррекции лица при публикации селфи или съемах сториз и трансляции прямых эфиров. И, конечно же, это не только фильтры, которые существуют в Инстаграм — существует целый рынок приложений (например, FaceTune), корректирующих лица и тела на изображениях и в видео, которые затем можно незаметно загружать в социальные сети.

Пластический хирург Гукас Миракян считает, что эти фильтры вызывают увеличение спроса в области эстетической пластики, особенно, по его словам, среди молодых женщин. Средний возраст его клиентов продолжает падать.

«Общение в сети с отредактированными изображениями во время пандемии сильно исказило наше представление о красоте. Мы очень долго видели других людей через „фильтрованную“ реальность и забываем, как выглядит „нормальная“ красота.

Если ко мне приходят пациенты и просят изменить им лицо в соответствии с „маской“ в соцсети — это причина вдвойне внимательнее отнестись к человеку, пришедшему за моей помощью. Когда в ходе общения я понимаю, что пациент настроен на какие-то нереальные модифицикации, а его мотивами являются лишь желание следовать мимолетным модным „трендам“, то я отказываю в операции. Часто это совсем молодые девушки 18 лет, которые не слишком серьёзно относятся к факту изменения внешности, а ведь идти на пластическую операцию должен только тот человек, который глубоко проанализировал все плюсы и минусы такого решения.

При этом есть другая категория людей, которые с помощью этих же самых фильтров в соцсети поняли, какую черту во внешности им нужно исправить, чтобы выглядеть неотразимо. Я не говорю сейчас о радикальных коррекциях. Все, кто пользуется соцсетями (я не исключение) знают, что бывают, условно говоря, „легкие“ фильтры, которые лишь чуть-чуть меняют взгляд или овал лица, и человек видит, к примеру, что с более открытым взглядом он выглядит моложе. Тогда у него формируется вполне логичное желание сделать блефаропластику. С такими пациентами я работаю, и подобные случаи можно назвать примерами правильного, вдумчивого использования фильтра», — так подробно доктор Миракян объясняет плюсы и минусы «масок» в Инстаграм.

Пациентка доктора Гукаса Миракяна через 5 суток и через 1 месяц после круговой блефаропластики. Операция проводилась под местной анестезией!