15.11.2019 15:00

Пластический хирург Алексей Гварамия

Не надо гнаться за такой молодостью, которая делает тебя не похожим на самого себя

Диана Неверова
Пластический хирург Алексей  Гварамия

Доктора Алексея Алековича Гварамия знают как специалиста по комплексному омоложению лица: к нему приходят за выраженным, но в то же время гармоничным результатом. «До-после» его пациентов всегда приятно удивляют: аккуратно и красиво он возвращает пациентов на несколько лет назад.

В каких ситуациях хирург советует косметологическую процедуру, а не пластику, почему некоторые операции на лице нельзя совмещать, какое мнение у опытного доктора на счет естественности в омоложении лица — читайте в нашем интервью!

Корр: Алексей Алекович, что включает в себя комплексное омоложение лица? Вас многие знают как хирурга именно по этому направлению. Расскажите подробнее, что из себя представляет эта методика?

Алексей Гварамия: Есть разные категории пациентов. Одни имеют конкретные вопросы: например, хотят сделать пластику век, подтянуть зону шеи или убрать брыли… И есть другая категория — у них есть четкая цель решить в комплексе разные запросы и сделать это на максимально длительный срок. Пациенты, которые приходят на консультацию по комплексному омоложению лица, хотят кардинальных изменений! Кстати, многие, кто обращается за комплексом операций, уже делали какую-либо небольшую омолаживающую коррекцию — например, блефаропластику. Они оценили эффект, и теперь им хочется большего.

Какие изменения происходят на возрастном лице? Это опущение бровей, изменение формы век и состояния кожи в орбитальной зоне, жировые грыжи, потеря объёма в области щек; становится менее четким овал лица, меняется конфигурация шеи. Комплексное омоложение лица направлено на устранение всех этих возрастных признаков: благодаря проработке хирургом всех проблемных зон, происходит так называемый «вау-эффект». Когда после операции встречаешь знакомого, а он просто в шоке от того, как ты шикарно выглядишь! То есть это не просто «сделать веки» или «приподнять лоб»…

Пациенты, которые приходят на консультацию по комплексному омоложению лица, хотят кардинальных изменений!

Да, не всем показана процедура комплексного омоложения. Но те, кому она действительно подходит, будут в восторге от своих фотографий до-после и отражения в зеркале. Это действительно достижение максимального потрясающего эффекта. Мы, конечно, не говорим об изменении структуры лица, я не сторонник этого! Идеальная операция — это та операция, после которой вы красиво «вернулись» на десяток лет назад. То есть крайне нежелательно нарушать привычные черты лица.

Есть маленький нюанс. То, что выглядит как особенность в 16-25 лет (например, припухлость век), с годами будет выглядеть как возрастной признак. Поэтому оптимальным вариантом будет устранить какую-либо особенность, если она вас беспокоит.

Корр: Любые операции по омоложению лица можно совместить в комплексе по омоложению? И есть ли операции, которые, наоборот, лучше не совмещать?

Алексей Гварамия: Многие операции можно совмещать между собой. А иногда это просто необходимо! Например, если мы делаем эндоскопию средней трети лица, очень желательно при этом делать нижнюю блефаропластику, потому что из-за подтяжки средней зоны создается избыток кожи на нижних веках. С этой зоной нужно работать, чтобы получить результат «как на картинке».

Если мы делаем СМАС-подтяжку, то, как правило, она дополняется работой с зоной шеи (платизмой). Это взаимодополняющие друг друга операции.

Что точно не стоит делать одновременно, так это эндоскопию лба и верхних век. Желательно сначала сделать эндоскопию лба, а потом, если будет необходимость, блефаропластику через 1,5-2 месяца. При эндоскопии мы поднимаем брови с гиперкоррекцией, поскольку в течение этого времени они чуть опустятся. Если на верхних веках все же останется какой-то избыток кожи, то без проблем сможем устранить его! Если честно, в большинстве случаев необходимость в этом отпадает. Повторю, ранее, чем через 2 месяца, веки точно не стоит делать — это не только нежелательно, но и опасно: халатное отношение хирурга к разделению этих операций может привести к несмыканию век. В этом вопросе нужно набраться терпения и делать все поэтапно.

Фото до и после омоложения у пластического хирурга Алексея Гварамии
Фото до и после омоложения у доктора Алексея Гварамии

                                                        Пациентки до и после омоложения лица у пластического хирурга Алексея Гварамии

Корр: Качество и тип старения кожи пациента как-то влияют на выбор методики и конечный результат операции?

Алексей Гварамия: Изначально врачу нужно определить, какой тип старения и структура кожи у пациента. Есть категория людей, которые хотели бы сделать SMAS, но им пока можно повременить с операцией и начать преображение с улучшения структуры кожи. Здесь на помощь приходят косметологические методики. Иногда очень хорошо сократить кожу можно с помощью лазера: таким образом мы меняем ее структуру. Всегда надо смотреть по ситуации: над одной зоной можно поработать хирургически, а над другой более консервативными методами.

Хирургические способы не меняют структуру кожи — это важно понимать. Пластика работает с избыточными нависаниями. Если присутствует небольшой избыток, то можно сделать нитевой лифтинг. При значительном избытке — только хирургическая манипуляция.

Корр: Что в первую очередь стоит сделать человеку, который настраивается на пластическую операцию, но пока не знает, что именно ему нужно? Вы советуете начать с консультации? Или вы за то, чтобы пациент хотя бы поверхностно ознакомился с темой омоложения лица, посмотрел фото работ…

Я против того, чтобы пациент смотрел видео самого процесса операции

Алексей Гварамия: В принципе, самое мудрое, что может сделать пациент — прийти на консультацию. Есть пациенты, которые активно читают об операциях, но дело в том, что в сети много противоречивой информации, и найти истину, разобраться самостоятельно бывает крайне сложно. Как правило, основная масса пациентов приходит на прием к доктору с полузнаниями, но, как мы знаем, нет ничего опаснее полузнания… Я за то, чтобы человек разбирал свои вопросы в кабинете у доктора, а не в интернете.

Еще я против того, чтобы пациент смотрел видео самого процесса операции. Для чего это нужно? Мы ведь никогда не смотрим, как выполняется, например, резекция желудка или удаление желчного пузыря. Так зачем смотреть, что именно делает доктор во время пластики? Это совершенно ненужные перед операцией переживания. А пластику век мы выполняем обычно под местным наркозом, и пациент, который смотрел видео, будет невольно прокручивать в голове все моменты, лежать и думать, что именно сейчас делает хирург… Разрез? А сейчас? И так далее… Так что иногда какое-то неведение во благо! (улыбается) Операция — это, все-таки, очень интимная вещь.

Еще не приветствую мнительность в отношении послеоперационного периода. А именно чтение форумов и сравнение своей реабилитации с чужой, попытки найти у себя какие-то проблемы… Восстановление после омолаживающей операции — абсолютно индивидуальный процесс, и примерять на себя ситуацию другого человека просто нет смысла.

Корр: Какое у вас отношение в макс-лифтингу?

Алексей Гварамия: Признаюсь честно, я не очень хорошо отношусь к короткорубцовым лифтингам, к которым относится макс. Есть много разных аналогичных по принципу методик, но все они в любом случае связаны с периодом реабилитации. Да, он может быть чуть меньше, чем при стандартных разрезах, но ведь есть значительная разница в результате.

Те, кому показаны методики с короткими рубцами, с таким же успехом могут сделать нитевой лифтинг — результат будет тот же, но без хирургии и с более коротким процессом реабилитации. А тем, кому показана именно хирургическая подтяжка лица, нужно делать полноценный лифтинг, чтобы добиться желаемого результата.

Во всем важна естественность в самом хорошем смысле этого слова!

Так что в случае незначительных возрастных изменений, лучше начать с консервативных методик, на мой взгляд. Если сам пациент, конечно, не против. Я не занимаюсь нитевым лифтингом, но всегда с удовольствием советую его, если вижу, что человеку рано делать пластику. Я заинтересован помочь пациенту решить его проблему, а не просто делать операции всем подряд.

Корр: Что для вас самое главное при проведении омолаживающих операций? У вас есть какие-то личные принципы?

Алексей Гварамия: Самое главное, на мой взгляд, стараться не менять первоначальные черты конкретного человека. То есть, желательно, чтобы человек в результате операции выглядел моложе, свежее, при этом оставаясь собой. Если поступает просьба что-то изменить в чертах лица — это другое дело. Тогда можем обсудить, и если я вижу, что это будет неплохо, то работаем с этим.

Есть так называемые американская и европейская школа пластической хирургии. Европейская направлена на более естественный эффект: иногда, может быть, даже чуть менее впечатляющий результат, но на сохранение натуральности. А есть американская: для нее допускается, что человек после операции может быть не совсем похож на прежнего себя, что рубцы будут более заметны. Для американской школы нормально, что пластика на лице пациента будет достаточно очевидна, но при этом достигается максимально возможный эффект. Я, как вы понимаете, за европейскую школу.

Как правило, все зарубежные селебрити, фото которых обсуждают в сети, это как раз погоня за максимальным омоложением. Мое мнение — не надо гнаться за такой молодостью, которая делает тебя не похожим на самого себя. Во всем важна естественность в самом хорошем смысле этого слова!

Записаться на бесплатную консультацию в Госпиталь Мира (Мон Блан) к пластическому хирургу Гварамия Алексею Алековичу вы можете по телефону +7 (495) 134-12-00.

Читайте также

Комментарии