28.03.2020 12:58

Пластический хирург Ирина Литвинова

Реконструктивные операции — проблема не только качества, но и количества жизни

Елена Назарова
Пластический хирург Ирина Литвинова

Маммопластика — это не только увеличение и подтяжка молочных желез. Пластические операции подразумевают еще и возможность восстановления травмированных органов, груди в том числе. Реконструктивные вмешательства не просто улучшают качество жизни, но и помогают человеку вернуться к привычному образу жизни и вновь почувствовать себя полноценным членом общества. Так в чем разница между эстетикой и реконструкцией? Какие технологии используются в восстановительной пластике груди и какое будущее ждет отрасль? Об этом мы поговорили с пластическим хирургом Литвиновой Ириной Викторовной.

Корр.: Прежде чем мы углубимся в это, я должна спросить; пластическая хирургия и эстетическая хирургия — это одно и то же? Они отличаются от реконструктивной хирургии?

Ирина Литвинова: Пластическая хирургия — своего рода общий термин. Он происходит от греческого слова «plastikos», что означает придавать форму или контур. Так что термин не означает, что мы натягиваем кожу людей настолько сильно, когда делаем операцию на лице, что они выглядят как пластиковые!

Что очень сложно для пациентов, так это факт, что маркетинг намного опережает науку. Люди используют броские слова, чтобы они установить высокие цены на свои услуги.

Вся область пластической хирургии включает в себя как реконструктивный мир, так и мир эстетики. А эстетическая хирургия — это операция на нормальной части тела, чтобы изменить ее внешний вид, тогда как реконструктивная хирургия имеет дело с частью тела, которая ненормальна из-за врожденного порока развития, из-за травмы, рака или какой-либо другой операции.

И это «серая» область, потому что многие люди страдают от реальных проблем с имиджем из-за эстетической проблемы. Таким образом, операция не является чем-то необходимым с медицинской точки зрения, но преимущества эстетической хирургии для психического и социального здоровья очевидны с точки зрения улучшения качества жизни людей.

Обращение ко мне на эстетическую операцию не заставит вас жить дольше, но может сделать вас намного счастливее. В отличие от реконструктивной хирургии, где, если мы не сделаем восстановительную операцию, это не только проблема качества жизни, но и проблема количества жизни.

Корр.: Итак, что нового в пластике? Давайте начнем с реконструктивной хирургии.

Ирина Литвинова: Что ж, в реконструктивном мире мы рады продолжающим развиваться технологиям борьбы с раком груди, методиками восстановления молочных желез. Сегодня всё становится лучше: кожные лоскуты для мастэктомии лучше, поэтому ткани заживают хорошо. Проводится все больше операций, сохраняющих соски и максимально возможное количество тканей, так что у нас остается возможность для «ложа» имплантата. Во многих случаях нам не нужно вставлять расширитель и растягивать карман, поэтому результаты получаются намного более естественными.

Преимущества эстетической хирургии для психического и социального здоровья очевидны с точки зрения улучшения качества жизни людей

Корр.: Вы обычно делаете реконструкцию одновременно с мастэктомией?

Ирина Литвинова: Иногда мы делаем это одновременно, но не все пациенты подходят для такой методики. При этом для соответствующего кандидата одновременная пластика работает очень хорошо. А также полный спектр микрохирургии, использующей собственные донорские части тела пациента.

Корр.: Когда вы говорите «донорские части», значит ли это, что реконструированная грудь состоит из собственной ткани?

Ирина Литвинова: Все верно. Наиболее распространенной может быть операция, при которой лишняя ткань из живота, как бы ниже пупка и над лобковой областью, отслаивается с прикрепленной к нему артерией и веной. И эта артерия, и вена вшиты в артерию и вену грудной клетки, так что эта ткань снабжается кровью и остается живой. Мы используем эту дополнительную ткань живота, чтобы восстановить молочные железы после мастэктомии.

Корр.: Ух ты. Как это работает? Время восстановления такое же, как и для имплантата?

Ирина Литвинова: Это гораздо больше по объему операция, и рекомендуется не всем. Вы должны иметь достаточное количество ткани и быть здоровыми, потому что это требует операции в двух местах — живот и грудь. Таким образом, выздоровление займет значительно больше времени, пациенты дольше находятся в больнице, выше риски и более длительная анестезия. Хирург сначала должен убедиться, что пациент может справиться с физиологической точки зрения.

Но большое преимущество заключается в том, что им никогда не нужно иметь имплантаты, никаких инородных тел в организме.

Корр.: Это плюс, конечно. Но, с другой стороны, как технология имплантации стала лучше?

Пластический хирург Ирина Литвинова с пациенткой

Ирина Литвинова: Технология эндопротезирования при реконструкции груди очень увлекательна. В течение многих лет, когда силиконовые имплантаты были доступны только как часть исследования, инноваций не было, потому что это был минимальный рынок. Но как только ограничение было снято, инновации как в области самих имплантатов, так и для реконструктивных операций действительно «взорвались». Это очень интересное время для грудных имплантатов и связанных с ними техник, которые используются для улучшения результатов.

Корр.: Что бы вы назвали самым большим изменением в пластической хирургии за последние пять лет?

Ирина Литвинова: Я думаю, что самым большим изменением в эстетическом мире является то, что люди теперь хотят иметь меньше, а не больше. И вся философия становится все более ориентированной на этническую принадлежность людей, которые в ней заинтересованы, поскольку культурная компетенция пластических хирургов должна действительно отражать интерес к культурным особенностям и ожиданиям конкретного пациента.

Еще одно важное изменение касается пола и гендерной идентичности. Что-то не являющееся частью традиции пластической хирургии в прошлом, но сейчас становится все более важным иметь возможность удовлетворять критические потребности кого-то, кто чувствует, что они оказались в ловушке гендерной принадлежности. Так что это действительно очень захватывающая вещь.

Корр.: С учетом сказанного изменились ли хирургические методы за последние пять, десять лет?

Ирина Литвинова: Одна из особенностей пластической хирургии, которая отличается от других специальностей, заключается в том, что вся наша работа находится на поверхности. Там очень мало минимально инвазивных методик, и это то, что я не представляю себе изменить. Если у вас есть большое количество избыточной кожи, потому что вы потеряли 40 кг после успешной операции по снижению веса, нет щадящего способа удалить это.

Я думаю, что прогресс коснулся наших достижений в различных методах и технологиях, которые облегчают заживление ран. В конечном итоге мы даем людям лучшие шансы на успешный исход в первый раз, и это включает в себя лучшее понимание влияния таких факторов, как курение и диабет, на заживление ран и питание прооперированной области. Теперь есть технологии, которые помогают нам с точки зрения заменителей кожи, препаратов, которые мы можем нанести на раны и шрамы, чтобы улучшить процесс заживления. Мы не можем устранить рубцы, но у нас есть много способов, чтобы заставить рубцы выглядеть лучше, чем это было раньше.

Существует комбинация инноваций, технологий и творчества, которая стимулирует развитие пластической хирургии

Корр.: Давайте перейдем к чему-то более абстрактному. Вы бы сказали, что пластическая хирургия требует особой формы общения между врачом и пациентом? Похоже, вам нужно уметь читать людей и видеть то, что они видят, чтобы иметь возможность преобразовать их запрос в приятный результат.

Ирина Литвинова: Безусловно. Способ осмысления заключается в том, что, хотя мы действуем на поверхности, в конечном итоге конечный орган, над которым мы работаем, — это разум. Вы должны понимать синхронность — что конечный объект того, над чем вы работаете, отличается от того воздействия, которое он оказывает, когда человек усваивает это изменение. Таким образом, успешные хирурги могут очень четко обозначить ожидания пациента и то, как они могут или не могут соответствовать этим ожиданиям.

В конце концов, всё, что я могу сделать — это двигать ткани. Я не могу заставить людей относиться к себе по-другому. Однако моя работа может помочь вам чувствовать себя лучше или повлиять на отношения в позитивном ключе, но они не будут иметь прямой причины и следствия.

Корр.: Вы бы сказали, что большой бизнес малоинвазивных предложений, таких как лазеры, филлеры и пилинги, изменил область эстетической хирургии?

Ирина Литвинова: Эстетическая хирургия, косметическая дерматология — это бизнес, и вы должны быть уверены, что о вас заботится специалист, который верен своему призванию, что вы приходите к людям, которые являются врачами, потому что они хотят заботиться о пациентах и ставить интересы пациента на первое место.

Когда доктор ставит на первое место свои интересы, особенно финансовые, тогда это может привести к негативным последствиям. У вас просто нет знаний, опыта, мастерства. Пластическая хирургия, реконструктивная или эстетическая хирургия — почетное и уважаемое направление. Если вы хотите сделать это, тренируйтесь, учитесь, чтобы стать пластическим хирургом или дерматологом. Делайте это правильно. Не решайте предлагать Ботокс или лазерное лечение, потому что вы недовольны заработком, которые предлагает выбранная вами специальность. На мой взгляд, это неправильная мотивация. И такие вещи есть везде.

Корр.: Мой последний вопрос о касается будущего. Насчет чего вы больше всего оптимистично настроены?

Ирина Литвинова: Будущее пластической хирургии невероятно захватывающее, потому что в моем окружении есть невероятно умные, талантливые люди, с которыми мне посчастливилось работать и с которыми я могу общаться каждый день. Существует комбинация инноваций, технологий и творчества, которая стимулирует развитие нашей отрасли.

Я думаю, что будущее действительно захватывающее с точки зрения того, что пластические операции сделают для людей. Опять же, это всё касается повышения качества нашей жизни.

Читайте также

Комментарии