Пластический хирург Ольга Ованесова

Наши лица особенно подвержены косметическим проблемам, так как даже малейшее изменение может быть ярко выраженным и драматичным. Малярные мешки являются одним из таких примеров. Хотя многие люди обычно называют их «мешками под глазами», это неверное определение и с ними нужно обращаться по-другому. Малярные, или скуловые мешки, представляют собой припухшие бугорки, которые появляются на стыке между нижними веками и верхними щеками, в области скул. Однако он может распространяться и на сами щеки. Их можно увидеть и ощутить под костным краем глазницы, под теми самыми мешками под глазами. Как с ними бороться? Какие косметологические процедуры не окажут должного эффекта, а лишь усугубят положение? Какие методики стоит избегать, если ваша проблема — малярные мешки? Об этом мы поговорили с известным специалистом по омоложению лица. Наш эксперт сегодня — пластический хирург, лауреат престижной премии в области красоты и здоровья, доктор Ованесова Ольга Александровна.

Корр.: Ольга Александровна, здравствуйте. Что такое малярные мешки? Чем они отличаются от мешков под глазами, о которых знает практически каждый человек?

Ольга Ованесова: Давайте попробуем разобраться. Орбитальная жировая клетчатка — это нижние веки, когда появляются мешки под глазами именно на нижних веках. В этой орбитальной клетчатке лежит глазное яблоко, а суфы (маляры, скуловые мешочки) — это подкожная жировая клетчатка, совсем другая. Образно говоря, это как бы такие треугольнички, ограниченные связками: сверху связка и снизу связка. Связки эти идут от кожи до кости, внутрь проникают. И получается, будто бы отграничивается отсек с гидрофильным жиром, который тянет на себя воду. И, когда кожа становится с возрастом менее эластичной, то у людей с генетической предрасположенностью, начинают провисать малярные мешки именно в вот этой полукруглой, немножечко треугольной формы. Проблема может появиться как в 25, так и в 30 лет — всё из-за наследственности.

Корр.: Почему важно разделять суфы и мешки под глазами?

Ольга Ованесова: По сути, часто для пациентов словосочетание «мешки под глазами» — это такое общее понятие. А что это именно — грыжи нижних век или малярные мешки, или всё вместе. Здесь надо разбираться.

Почему? Потому что часто приходят на консультацию к хирургу и говорят, например, хочу убрать мешки, хочу сделать нижнюю блефаропластику. Хирург делает, но при этом не предупреждает, что грыжи нижних век будут удалены, но малярные мешки не уйдут, останутся. И потом пациент ходит по другим врачам и консультациям и ищет, где и у кого убрать маляры. А это уже сложнее, потому что при первичной операции уже быть может удалена кожа на нижних веках, произойти излишняя травматизация, фиброз тканей. Придется выжидать время, чтобы восстановились все процессы, прежде чем делать какую-то коррекцию в этой зоне.

Обычно для устранения маляров требуется липомоделирование, либо выполняю липомоделировку с нижней блефаропластикой. Иногда целесообразной становится резекция вместе с подтяжкой лица.

Корр.: Ольга Александровна, а ведь много рекламных объявлений в Интернете, что те или иные косметологические процедуры с легкостью избавят вас от малярных мешков. Действительно ли уколы или какие-то аппаратные методики способны решить проблему без хирургического вмешательства?

Ольга Ованесова: Раз вы затронули эту тему, то я сразу скажу, что редко косметологические процедуры способны радикально улучшить ситуацию. Скорее, наоборот. Часто после уколов, других неинвазивных методик состояние пациента, его внешний вид ухудшается, и становится сложнее бороться с последствиями непродуманной лечебной тактики.

Например, наиболее популярный (но почти не результативный) метод — сделать контурную пластику. Пациенты и некоторые специалисты стремятся использовать филлеры, ведь визуально суфы нависают над носослезной бороздой. Вот эту борозду и стараются полностью забить гиалуроновой кислотой. В первое время действительно может выглядеть красиво, но когда отек частично то уходит, то приходит — кожа еще больше перерастягивается, а при определенном освещении начинает сереть.

Пациентка пластического хирурга Ольги Ованесовой до и после удаления малярных мешков. Для гармоничного омоложения лица женщине был выполнен целый комплекс операций: пластика нижних век по бесшовной методике; липомоделирование малярной и шейно- подбородочной области, овала лица. Также доктор провела тотальный атравматичный лифтинг лица, частичную резекцию комков Биша (жировых телец щек) и лифтинг шеи с латеральной платизмопластикой и применением эндоскопической техники. Больше фото до и после можно найти на странице доктора в соцсети Вконтакте

Также имеет значение, в какой слой установили филлер с гиалуроновой кислотой. А современные филлеры почти все содержат ГК. Кто-то даже препарат «Радиесс» умудряется туда вводить, после чего в этой зоне начинают белеть включения кальция.

Естественно, что это пациентов не устраивает. Люди хотят вывести препарат, косметолог соглашается и вводит гиалуронидазу. А она сжигает не только гиалуроновую кислоту, но еще и клетчатку. У таких пациентов кожа становится как бы «возрастная», старческая, так как подкожной клетчатки нисколько не остается. При этом там ещё есть отек частичный, какие-то завалы, поэтому этого делать не нужно.

Это я рассказала про один из частых случаев более сложных последствий, с которыми ко мне обычно приходят пациенты, чья проблема изначально заключалась в малярных мешках.

Корр.: А ведь кто-то хвалит липолитики…

Ольга Ованесова: Да, можно использовать липолитики, но непрямого действия. Они дают лимфодренажный эффект и на какое-то время внешний вид становится лучше. Вообще, сам лимфатический массаж — тоже как один из способов поддержания, профилактики.

Но если речь идет про прямые липолитики, которые сжигают жировые клетки, то они могут даже создать провалы на этом участке, потому что клетчатка очень нежная, расположена очень близко и под очень тонкой кожей. Хоть это жировые включения, то на полных лицах этого не видно, потому что кожа плотная. И даже если заметно, то после элементарного липомоделирования всё это сглаживается — кожа эластичная, плотная, прижимает это всё и как будто ничего и не было. Результаты получаются длительные, хорошие.

Корр.: А если лицо худое?

Ольга Ованесова: А кто худенький, кожа с возрастом начинает терять коллаген, эластин, и на лице всё это провисает мешками. А данном случае одно только липомоделирование может дать отрицательный эффект — жир еще больше уходит, происходит скелетирование связок, кожа провисает в избытке не только в скуловой области, но и в области нижнего века. Поэтому только лишь липомоделирование (без дополнительных манипуляций) эффективно работает у молодых пациентов с эластичной плотной кожей.

Корр.: Вернемся к нехирургическим методикам, которые осложняют проблему малярных мешков. Какие еще процедуры вы бы не очень советовали пациентам с проблемой скуловых мешков?

Ольга Ованесова: Аппаратные методики вроде Альтеры, РФ-лифтинга в этой зоне, где тоненькая кожа. Эти неоперативные методики омоложения сжигают кожу, фактически образуется фиброз. Кожа становится неподвижной, работать с ней еще сложнее. Кроме того, после таких процедур очень долго нельзя приступать к пластике, если хочется получить хороший результат.

После подобных аппаратных методик, можно сказать, исчезает лимфодренаж — только лимфостаз, все ткани спаяны. Если работать хирургически, не подождав после такой процедуры, операция будет сложной, долгой и не факт, что результативной.

Даже пластические операции, которые сделаны «наполовину», без правильной стратегии и подхода к проблеме пациента, могут вызвать затруднения. В таком случае лучше вообще не делать, чем потом осложнять жизнь пациента. Например, некоторые пытаются чек-лифтингом подтянуть только среднюю зону и за веко подвешивать. В итоге желаемый эффект не достигнут, зато имеются проблемы с подвыворотом века, изменением формы глаз, после чего пациенту нужны повторные операции, чтобы исправить не только малярные мешки, но и дополнительные дефекты, обретенные из-за неграмотно выполненной первой операции.

На фото пациентка пластического хирурга Ольги Ованесовой до и после операции. Женщине выполнен комплекс омоложения: круговая блефаропластика, парциальная резекция малярных образований, липомоделирование шейно- подбородочной области, овала лица. Также проведен тотальный атравматичный лифтинг лица и лифтинг шеи с латеральной платизмопластикой и применением эндоскопической техники. Подробные разъяснения по клиническим случаям вы можете прочитать и посмотреть в тематической рубрике на сайте доктора

Корр.: А как Вы помогаете пациентам с проблемой скуловых мешков?

Ольга Ованесова: В практике чаще всего применяется периорбитальная пластика. То есть убираем общую отечность с глаз — это верхняя и нижняя блефаропластика и малярные (скуловые) области. Если сделать просто нижнюю блефаропластику, когда уже есть маляры, зачастую последние становятся еще более видимыми. Не больше по размеру, но визуально более выраженными на фоне удаления грыж на нижних веках. Так как подкожная клетчатка вбирает в себя воду, которую раньше вбирала в себя орбитальная клетчатка. В итоге на фоне уже выровненных нижних век получается еще более выпуклый валик малярных мешков.

Еще нужно учитывать другие показания, факторы. У более возрастных и пожилых пациентов, имеющих, помимо малярных мешков, большие избытки кожи, сильный птоз тканей, целесообразным и рекомендуемым решением будет малярпластика в сочетании с подтяжкой лица.

В своей работе я всегда предпочитаю индивидуальный подход, чтобы составить грамотный и правильный план лечения, который решит все проблемы пациента и обеспечит ему наилучший результат без каких-либо осложнений.

Корр.:  Скажите, а есть какие-нибудь недостатки у малярпластики?

Ольга Ованесова: Я бы не назвала это недостатком, но есть у этой операции своя особенность, которая касается реабилитации. Отечность долго держится и есть всегда оговорка, что маляры до конца могут не уйти. В каких случаях это происходит, мы говорим на консультации. Это очень индивидуально, для всех пациентов должен быть индивидуальный подход. Например, можно сделать пластику верхних век, нижних, всех зон лица и шеи, и малярпластику. И последняя даст самый больший отек и дольше всего будет уходить.

Но, подчеркну, что так происходит всё-таки не всегда. Скорее, в половине случаев. А в других случаях при больших выраженных малярах (даже если они очень выражены), то в раннем послеоперационном периоде — две недели — лицо будет выглядеть уже лучше, чем до.  Если они очень маленькие, их надо «ловить», то лучше их вообще не трогать иногда. Бывает такое, что у человека при расслабленном лице малярные мешки видны, а немножечко улыбнулся, подсократил мышцы — они как бы спрятались и их не заметно.