— ГРУДЬ БЕЗ ШВА. Метод нового времени. Телефон для записи: 8 800 500-98-34
18.03.2009 00:00

Пластический хирург Эльчин Мамедов

Эльчин Мамедов о «золотых правилах» эндоскопии

Гордеева Екатерина

Корр.: Эльчин Велиевич, Вам удалось собрать весь мировой опыт в области эндоскопической хирургии и даже модифицировать методы, предложенные на Западе. В чем состоит Ваше новаторство в этой области?

Эльчин Мамедов: Сегодня в области лица проводятся как омолаживающие, так и неомолаживающие, имиджевые, операции. Внутриротовая подтяжка средней зоны лица была разработана Псилаксисом в конце 80-х годов. В 1994 году она была модифицирована Джоном Литтлом. Спустя 2 года доктор Оскар Рамирес впервые описал эту технику с использованием эндоскопа. Я усовершенствовал эндоскопическую методику Рамиреса и начал активно внедрять ее в свою практику. Внутриротовая эндоскопическая подтяжка эффективно поднимает среднюю зону лица, уменьшает носогубные складки, позволяет выполнить объемное ремоделирование проблемной зоны.

Корр.: Довольно часто хирурги с целью омолодить лицо беспощадно иссекают кожу. При этом объем — признак молодости, не достигается. Как Вы решаете эту проблему?

Эльчин Мамедов: Я очень редко делаю необъемное омоложение. Как правило, обычная «круговая» подтяжка с наружным разрезом не дает каких-либо объемных увеличений в средней зоне лица. Все манипуляции с подкожными тканями в данной области производят кратковременный эффект, 3—4 месяца, не больше. Единственно верное решение в таких случаях — увеличивать объем инородными тканями.

Корр.: В своей практике Вы прибегаете к помощи инородных материалов?

Эльчин Мамедов: Почему бы и нет? Если у пациента выраженная скелетная деформация, если не хватает проекции верхней и нижней челюсти, подбородочого отдела, я очень часто использую силиконовые импланты, чтобы получить максимальный эстетический эффект.

Корр.: Растянутые рты, маскоподобные лица — эндоскопия разрешает эти проблемы?

Эльчин Мамедов: Как правило, маскоподобные лица получаются в результате проведения нескольких «круговых» подтяжек. Для устранения «эффекта маски» необходимо применять объемные методы с использованием эдоскопической техники.

Корр.: Эльчин Велиевич, Вы развили эндоскопически-вспомогательную пластику шеи, взяв за основу технику Фельдмана. В чем особенности данной коррекции?

Эльчин Мамедов: Особенность состоит в том, что операция дает более выраженный эффект. Шейно-подбородочный угол у всех пациентов получается острым. Сама методика не столь паллиативна, как липосакция или подтяжка кожи в области шеи. Результат достигается не за счет работы с кожей, а за счет пластики глубоких шейных тканей.

Корр.: Передовые эндоскопические методики Вы используете не только при подтяжке лица. В каких других зонах их применение оправдано?

Эльчин Мамедов: Как только эндоскопические методики были внедрены в область пластической хирургии, все отчаянно ринулись применять их при каждой коррекции лица и тела. Однако со временем наметилась обратная тенденция. Сегодня челюстно-лицевые хирурги очень часто используют эндоскоп при проведении костно-реконструктивных операций в области нижней челюсти. В ринопластике эта техника используется для взятия хрящевого аутотрансплатата из перегородки для его последующего применения в пластике наружного носа. Что касается лично меня, то эндоскопическую технику я использую во время эндопротезирования груди через подмышечный доступ. Эту методику я одним из первых в нашей стране внедрил в практику. Кроме того, я выполнил немало операций на передней брюшной стенке живота с использованием эндоскопа. Однако при пластике живота показания очень узкие, и применение эндоскопической техники не всегда оправдано.

Корр.: Когда кто-то мастерски овладевает новыми методиками, он охотно, а порой и неохотно, делится со своими коллегами. Как поступаете Вы?

Эльчин Мамедов: Я никогда не отказываю своим коллегам в помощи и охотно консультирую их по вопросам эндоскопических методик. У меня есть ученики, которые обучились, а затем начали применять эндоскопическую технику в своей практике. Вопрос в другом. Я могу показать базовую методику, фундамент. Но это не говорит о том, что доктор хорошо освоил эту технику и может с легкостью ее внедрить в свой рабочий процесс. Тонкости эндоскопического искусства просто невозможно передать, их нужно оттачивать самостоятельно.

Корр.: Что необходимо хирургу для того, чтобы мастерски овладеть этим искусством?

Эльчин Мамедов: Чтобы получить хорошие результаты, хирург должен совершенствоваться. Необходимо анализировать свою работу, быть восприимчивым к критике, учиться на ошибках и избегать шаблонов. В каждом конкретном случае технику проведения операции следует индивидуализировать. У хирурга должно быть чутье и тонкое понимание красоты. Лицо пациента — это холст, на котором хирург кисточкой прорисовывает детали. Если хирург сможет выразить на этом холсте свое понимание красоты, где соблюдены все правила пропорции, гармоничности образа, то в этом хирурге сидит художник.

Корр.: Как много хирургов-художников в современной эстетической медицине?

Эльчин Мамедов: Не в каждом хирурге живет художник. Истинный художник, эстет живет в Джоне Литтле. Я пытаюсь следовать его заветам.

Корр.: Эльчин Велиевич, Вы выполнили программу «максимум» — модернизировали эндоскопические методы, предложенные в США, внедрили их в российскую практику. Что дальше?

Эльчин Мамедов: Дальше — совершенствование. Не стоит останавливаться на достигнутом. Не имеет значения, какой инструмент в руках у хирурга, цель одна — максимализировать результат. Возможно, завтра появятся новые технологии, которые отодвинут на второй план эндоскопию, и я обязательно внедрю их в свою практику.

Читайте также